— Ну, так… от переживаний…
Согретая нежданным вниманием, Клава разговорилась. Садиться она не стала, чтобы не затягивать разговор, а поставила локти на стол и подбородком оперлась на ладони. Клавдия не заметила, что простенькое домашнее платье слишком открылось на груди. Приезжий угощал конфетами.
— Что вы!.. Не надо… Я не хочу!
— А вы дочке возьмите! — улыбнулся приезжий.
Клава взяла для Люсеньки пару конфет, зажала в кулаке. Рассказывая, она тихонько заплакала, смутилась, хотела убежать, но приезжий удержал за руку.
— Да полно вам из-за пустяков худеть! Такая молодая, хорошая… — сказал он ласково и вдруг поднялся, высокий, горячий, крепкий, обнял маленькую Клаву так, что занялось дыхание, и стал целовать куда попало — в глаза, в нос, в ухо, в щеки.
Клава отчаянно отбивалась:
— Пустите! Оставьте! Я закричу… Я…
Тут ей вспомнилась неизвестная Валькина полюбовница, и она перестала бороться, только все время твердила:
— Не надо! Не надо! Не надо!..