Закуриваем.
— Великое спасибо от колхоза! — говорит председатель. — Запишем тебе и Анюте по три трудодня. Не мало будет?
Помолчав, он осторожно спрашивает:
— А может, остался бы у нас? Поставим новую избу, Битюгов сделает мебель. Живи!
Краем глаза вижу Анюту. Она оцепенела, прижав руку к груди, слушает.
— Подумаю, ладно! — говорю я.
Теперь можно подойти к Анюте.
— Придется вам проводить меня — одежу-то оставили у Лариона.
Мы выходим из деревни, и я говорю:
— Вы меня простите, Анюта. Понимаете…