До полуночи все шло благополучно. Стража дремала, Старый Крючок ушел в отчую пещеру. Косоглазый легким постукиванием дал знать, что он жив. Но дождь пошел гуще, и стража стала искать укромных и сухих мест. Живою изгородью растянулись караульщики вдоль стен. Неровные выступы кровли закрывали если не все тело, то хотя бы спину. Стволы оставались наполовину сухими. Стража перестала дремать. Ночь была потеряна.
— Переживет ночь, переживет и день, — спокойно сказал Рысьи Меха светловолосому. — А вторую ночь, верно, не переживет, — задумчиво прибавил он, поднимая глаза к облакам и следя за ветром. — Дождь не надолго.
(примечание к рис. )
Утро не принесло перемен. Рыскавшие по равнине за свежею дичью охотники прислали гонца сказать, что им нет удачи и что ловитва затягивается. Старики спокойно приняли это известие, они ждали его. Затягивается ловитва — откладывается и торжество. Час же смерти Косоглазого ужо отмечен судьбою, и время покорными шагами несет этот час к жилищам поселения. Никто не ускорит, не остановит и не изменит его пути.
По словам стариков, выходило, что не они назначили час и не они определили ход событий. Темный закон возмездия владел ими, как и всем племенем. События, как олени на окутанной туманом опушке, — сначала слышен только далекий хруст валежника под копытами, потом колеблется завеса тумана, и в молочной белизне определяются, точно изваянные из камня, очертания. Придут ли олени судьбы, пронзят ли нечестивого охотника неуклонными рогами или сами падут от ударов копья, знает судьба, знают старцы, служители судьбы. Неудержим ход событий, и непонятны их следствия.
(примечание к рис. )
Днем уровень реки поднялся, и вода в ней стала мутной. Грозовые ливни, обойдя поселения, пролились в верховьях реки. Потоки с шумом сносили в узкое среди теснин русло сучья, сухой кустарник и желтую глину. Мужчины, особенно те, кто усердно занимался рыболовством, покинули очаги и собрались у берега.
Вода подходила к сшитым из плотной древесной коры челнокам и слегка наддолбленным сухим стволам. Длинное и глубокое, богатое рыбой, прежнее русло реки почти соединилось узким протоком с основным течением. Край луга был залит водою. Двенадцатилетний, высокого роста, подросток, походивший на охотника в рысьих мехах, мял сухие стебли тростника и кидал в воду Течение, крутя, уносило их за поворот реки.