— Буйвол не убьет буйвола, волк не перегрызет горла волку, отчего же человеческие племена уничтожают друг друга?
— Волк, когда голоден, силою отбирает у волка добычу. К тому же волк волку свой, а племена друг другу чужие.
— А если поделить добычу? Собаки делят ее, вороны тоже. Не все, как волки. Олени пасутся на опушке леса.
Рысьи Меха смотрел вдаль. По натуре его надо было сейчас же метнуться куда-то, кого-то ударить, что-то сделать. Но что сделать? Он не знал. Он сдержал волнение и порывисто сказал подростку, не то сыну, не то не сыну:
— Да, олени пасутся на опушке… А бобры — в давние времена — обменяли дротики на жир и меха. Мена на мену.
— Я хотел бы видеть те места, где река сливается с теплыми водами, — задумчиво сказал мальчик.
— Иди и посмотри, — рассмеялся Рысьи Меха.
Вода подбиралась к стволам, приготовленным для плота. Рысьи Меха и подросток принялись подтягивать на берег грубо очищенные от ветвей стволы. Длинный недорубленный сук зацепился за камень, замедляя работу. Еще труднее пришлось со стволами, перехваченными тугим ивовым плетнем. Они глубоко лежали в воде. Их пришлось перевести в озерный проток, вода в котором равномерно поднималась. Одно из бревен отбилось от берега и уплыло. Рысьи Меха дослал мальчика в становище за подмогою.
Мальчик неохотно пошел: уплывающее по грязно-желтым волнам бревно притягивало его внимание.
К вечеру дождь прекратился. Подул северо-западный ветер и погнал гряды облаков, встряхивая отяжелевшие от влаги деревья. Но вода в реке не убывала. Мужчины с хмурыми лицами остались на ночь на берегу, охраняя челнок, ивовые плетни и бревна, очистка которых брала много сил и времени.