Ничего не помогает. Пробка из обезумевших, потерявших голову людей.
8-ая рота и до 1-ой линии не дошла.
На войне ей вообще не везло, а тут еще, перед самой атакой, рота оказалась без офицера. Овцы без пастыря. Повел фельдфебель и не довел.
Настал «психологический момент». Стало совершенно ясно, что ежели мы под таким дьявольским огнем, минутки две еще задержимся, то мы тут так и останемся и из окопов вообще не выйдем.
— Порыв не терпит перерыва — это нам долбили еще в военном училище.
Говорю Комарову:
— Послушай, надо вылезать и идти поверху!
— Да не иначе как так, Вашесбродие!
— Ну, Господи благослови! Подсади меня!
Вылез я наверх, пробежал немножко вперед, повернулся спиной к немцам и стал, что было сил, диким голосом вопить: