Нича. Я тоже пойду домой, оденусь в хорошее платье. Заставлю жену встать, вымыться и идти в церковь взять молитву. Мне хотелось бы, чтобы вы там были с Каллимако; нужно поблагодарить монаха и вознаградить его за добро, которое он для нас сделал.

Лигурио. Хорошо, мы так и сделаем.

Сцена третья.

Тимотео (один). Ну, я слышал весь этот разговор, и

что касается до глупости доктора, так это очень занимательно. Но последние его слова мне более всего нравятся; и так как они должны прийти ко мне, я не хочу здесь оставаться, а буду ждать их в церкви; там мое ремесло доставит мне больше выгоды. Вот кто-то выходит из этого дома. Это, кажется, Лигурио, а с ним, должно быть, и Каллимако. По сказанным причинам я не хочу, чтобы они меня видели. Если бы даже они и не пришли ко мне, так я всегда могу прийти к ним сам.

Сцена четвёртая.

Каллимако, Лигурио.

Каллимако. Как уж я говорил тебе, любезный Лигурио, до девяти часов я был в дурном расположении духа; и хотя я имел много удовольствия, но не находил его настоящим. Но потом, когда я ей открылся, высказал ей всю любовь свою и дал понять, как благодаря глупости ее мужа жить счастливо и без огласки; и обещал, когда Бог приберет ее мужа, жениться на ней; и когда она, помимо моих объяснений, поняла разницу спать со мной и с мессером и какая разница между поцелуями молодого любовника и поцелуями старого мужа; она, после нескольких вздохов, сказала: "так как твоя хитрость и глупость моего мужа, простота моей матери и плутовство моего духовника довели меня до того, чего сама я никогда бы не сделала, то я желаю думать, что это было определено свыше; и не считаю своей обязанностью отказываться от того, что мне посылает судьба. Поэтому я считаю тебя своим владыкой, господином и руководителем. Ты мой отец, мой защитник, и я желаю, чтобы ты был моим единственным благом; и то, что муж желал на один вечер, я желаю, чтоб было постоянно. Сделайся его кумом и приходи сегодня обедать; уходить от нас и оставаться у нас это твоя воля; мы можем всегда и без подозрения быть с тобой вместе". Слушая эти слова, я чуть не умер от радости. Я не находил слов, чтобы выразить ей то, что хотел. Таким образом, я считаю себя самым счастливым и довольным человеком в мире; и если бы моему счастию не грозила ни смерть, ни время, я был бы счастливее всех блаженных и святых.

Лигурио. Я очень рад всякому твоему благополучию: все случилось так, как я тебе предсказывал; что мы будем делать теперь?

Каллимако. Пойдем в церковь, я обещал ей быть там; там увидим ее, мать ее и доктора.