— Оставь этот тон. Почему бы тебе не порадоваться, что нравишься? Ведь ты любишь нравиться, я знаю…

— Не замечал этого за собою.

— Ты дурно настроен? Почему ты ушел от них?

— А — ты?

— Они мне надоели. Но все-таки — неловко, пойдем туда.

Лидия взяла его под руку, говоря задумчиво:

— Я была уверена, что знаю тебя, а сегодня ты показался мне незнакомым.

Клим Самгин осторожно и благодарно прижал ее руку, чувствуя, что она вернула его к самому себе.

В комнате раздраженно кричали. Алина, стоя у рояля, отмахивалась от Сомовой, которая наскакивала на нее прыжками курицы, возглашая:

— Бесстыдство! Цинизм!