Мимо их бегала Люба с полотенцами, взвизгивая:
— Господи, господи…
И вдруг, топнув ногою, спросила сестру:
— Варька, а что же чай?
Мать Клима оглянулась на шум и строго крикнула:
— Дети — вон!
Она приказала им сбегать за Таней Куликовой, — все знакомые этой девицы возлагали на нее обязанность активного участия в их драмах.
Дети быстро пошли на окраину города, Клим подавленно молчал, шагая сзади сестер, и сквозь тяжелый испуг свой слышал, как старшая Сомова упрекала сестру:
— Мать сошла с ума, а ты кричишь — чаю.
— Молчи, индюшка.