— Глупо шутишь, — заметил он.
— Я — не шучу, я — служила, — сказала она, повернувшись к нему спиною.
«Да, она становится все более чужим человеком, — подумал Самгин, раздеваясь. — Не стоит будить ее, завтра скажу о Сипягине», — решил он, как бы наказывая жену.
Она сама сказала ему это, разбудила и, размахивая газетой, почти закричала:
— Застрелили Сипягина, читай! И, присев на его постель, тихонько, но очень взволнованно сообщила:
— Студент Балмашев. Понимаешь, я, кажется, видела его у Знаменских, его и с ним сестру или невесту, вероятнее — невесту, маленькая барышня в боа из перьев, с такой армянской, что ли, фамилией…
Комкая газету, искривив заспанное лицо усмешкой, она пожаловалась:
— Скоро нельзя будет никуда выйти, без того чтоб героя не встретить…
Она не кончила, но Клим, догадавшись, что она хотела сказать, заметил:
— А помнишь, как ты жаждала героев? Фыркнув, Варвара подошла к трюмо, нервно раздергивая гребнем волосы.