— Не гожусь я для этого дела…
— Почему? — спросил Маклаков.
— Я — боязливый…
— Это — пройдёт!
— Ничего не проходит! — быстро сказал Евсей.
— Всё! — возразил ему Маклаков спокойно.
На улице было слякотно, холодно, темно. Отсветы огней лежали в грязи, люди и лошади гасили их, ступая ногами в золотые пятна.
Евсей, без мысли глядя вперёд, чувствовал, что Маклаков рассматривает его лицо.
— Привыкнете! — заговорил Маклаков. — Но если есть другая служба уходите сейчас же. Есть?
— Нет…