Маклаков хлопнул его по колену и сказал:

— Несчастный ты человечек!

Евсей встал.

— Тимофей Васильевич…

— Что?

— Скажите мне…

— Что сказать?

— Я не знаю…

— Ну, и я тоже.

Климков шёпотом пробормотал: