Мама выучила меня плавать и нырять. Сама‑то она как нырнёт, так долго — долго не выплывает. Мы стоим с бабушкой на берегу, а мама всё не показывается над водой. Бабушка уже беспокоиться начинает: «Не утонула бы она! Что‑то долго нет!» А я смеюсь. Сколько раз она ныряла, и всегда удачно. Она даже Севастопольскую бухту переплывала туда и обратно, и то ничего.
Вот и в последний перелёт бабушка очень волновалась, когда о самолёте ничего не было известно. А я её успокаивала и говорила: «Ведь сколько раз мама улетала, и всегда удачно. И в этот раз должно быть хорошо». — «Верно, — говорит бабушка, — ничего не должно случиться с Мариной».
Я теперь жду не дождусь, когда вернётся мама. Правда, она всегда бывает занята. Я ложусь рано спать, а она поздно приходит и идёт на работу, когда я ещё сплю. Так иногда и не увижу целую неделю.
Снова дома. Марина Михайловна занимается с дочерью Таней.
Зато под выходной день она со мной песни поёт, книжки читает, платья для кукол шьёт, на рояле играет. Такая весёлая!
Скоро мама будет в Москве. Вчера она уже говорила с нами по телефону. Всё беспокоится за нас. Извинялась, что так долго заставила волноваться.
Когда мама приедет домой, она опять будет готовиться к перелёту. Это я уже знаю. Она у меня такая — не сидит на одном месте.
Перед отлётом я была у мамы в кабине. Кабина вся стеклянная, а в ней много разных приборов. Я тоже очень хочу быть лётчицей, как мама. Но она мне сказала: «Полетишь со мной, когда вырастешь». И я никак не дождусь, когда это я вырасту».
Внимательно, с улыбкой прослушав рассказ Тани, Марина крепко прижала её к себе.