Гитлеровцы бомбили столицу каждый день. Когда налёты заставали Марину дома, она шла в штаб противовоздушной обороны. Штаб был организован при нашем домоуправлении. Марина зорко следила, чтобы в эти тревожные часы не нарушалась военная дисциплина. В ведении штаба находился не только наш дом, но и близлежащие дома, улицы, площадь. Бдительный глаз Марины замечал всё, что творилось вокруг, ничто не могло ускользнуть от её внимания. Она заражала всех своей энергией, спешила на помощь пострадавшим, делала перевязки, тушила пожары, возникавшие от немецких бомб.
После отбоя Марина садилась писать письма. Спала урывками — не до сна было.
Из Москвы на Волгу потоком шли письма:
«Дома всё в порядке. Иногда убираю квартиру; не забываю кормить кота и поливать цветы. Здорова, учусь… Я уверена, мамочка, что ты, как всегда, будешь мужественной и покажешь другим пример. Обо мне не беспокойтесь…»
Последняя фраза присутствовала почти во всех письмах Марины: для неё было самым главным — сделать так, чтобы мы с Таней не волновались.
8 сентября 1941 года Марина выступала на женском антифашистском митинге в Москве. Её речь была передана по радио и напечатана в газетах.
«Дорогие сёстры! — говорила она. — Неизмерима наша ненависть к врагу. Непоколебима наша воля к победе. Неисчерпаемы наши силы, которые мы целиком отдаём Родине для борьбы с врагом.
Советская женщина — это миллионы самоотверженных тружениц, которые днём и ночью на колхозных полях, на фабриках и заводах проявляют чудеса трудового героизма для ускорения победы над врагом.
Советская женщина — это сотни тысяч высококвалифицированных мастеров на гигантских заводах, где тысячами рождаются наши боевые самолёты, танки, пушки и пулемёты.
Советская женщина — это сотни тысяч автомобилисток, трактористок и лётчиц, готовых в любую минуту сесть на боевые машины и ринуться в бой с кровожадным врагом.