Ходила на цыпочках, чтобы не потревожить спящую Марину. Но она услышала Танины шаги и окликнула её.

Она целовала дочку особенно нежно, крепко прижимала её к себе, приглаживала растрепавшиеся волосы.

— Когда‑то ещё увижу тебя! — сказала она. — Ведь я лечу отсюда прямо в бой…

Марина встала, накинула тёплый халат и села за рояль. Она играла танец русалок из оперы «Русалка» Даргомыжского; этот танец Танюша танцевала, когда была ещё совсем крошкой.

— Станцуй, девочка! — попросила её Марина. — Пусть нам покажется, что ты опять маленькая.

Но Таня боялась опоздать в школу.

— Какая же я маленькая? — сказала она. — Я почти до тебя уже доросла!

Тогда Марина со смехом подвела Таню к двери в коридоре, где уже несколько лет она карандашом отмечала рост девочки.

— Стань сюда, вплотную, — сказала Марина, беря карандаш.

Двенадцатилетняя Таня была высока и тонка.