– Ох, тетушка, почему ты сегодня такая нервная… Зрители взирают на эту сцену в полном оцепенении, их словно сковало льдом (что нередко происходит на нашем Вурмском леднике!). Да, иногда случалось, что какому-нибудь ловкому участнику состязания удавалось приласкать медведя, слегка коснуться его рукой – но кто бы мог подумать, что найдется смельчак, способный медведя поцеловать!
Теперь медведь (уже очевидно, что это медведица с ярко выраженным материнским инстинктом) больше не рычит, потому что сверток из шкур, который она прижимает к груди, ей напоминает ее медвежонка.
Инстинктивно она склоняет морду и облизывает его.
– Эй! Что ты делаешь, тетушка Бурундучиха? Перестань! С ума ты, что ли, сошла? – Но медведица упорно продолжает свое дело.
Кротика объявляют победителем и, согласно правилам, открывают загон и освобождают медведицу.
Та уходит, направляясь к своей берлоге, расположенной за рекой; но ей вовсе не хочется бросать симпатичного детеныша, которого она сжимает в лапах; она его лижет и лижет, пока…
Пока Кротик, которого утомили бурные ласки тетушки Бурундучихи, не решает удрать. Улучив момент, он прыгает на землю и бежит к нам.
Вот он подходит: доспехи из коры содраны, болтаются кое-как; ивовый шлем сбился набок, волосы и бородка липкие от слюны.
– Какая странная сегодня тетушка Бурундучиха… – бормочет он. – Кстати, а где медведь?
Невозможно объяснить Кротику, что произошло.