Мы подошли ближе и теперь видим, как падает Разъяренный Бизон. Каким-то чудом он удерживается на выступе скалы, где уже собрались все остальные.
Папа Большая Рука стоит прямо под снежным бараном, метрах в двух от его задних ног. Охотник прячется за обломком скалы и не торопится выходить.
– Ну же, папочка, давай! – кричу я во все горло.
Может быть, он меня слышит, потому что глядит в нашу сторону, а потом выходит из укрытия.
ЦОК!
Мощный удар копытом поднимает тучу пыли прямо над его головой.
Папа снова пригибается и глядит на нас в замешательстве.
Потом переводит взор на своих людей, избитых, израненных. В нем происходит борьба. Ему не хочется ударить в грязь лицом перед детьми со стойбища, и в то же время он боится – более того, он уверен, – что и его постигает та же участь, что и остальных охотников.
Он поднимает копье. Снежный баран наскакивает на него, и копье отлетает далеко в сторону.
Тут гордый вождь Грустных Медведей, смачно выругавшись, начинает спускаться с утеса, не отводя взгляда от коварного зверя, который время от времени, пользуясь выгодным положением, сбивает копытом камешки.