Щеки Варвары побелила известковая бледность.
— Что вы сказали? — осипшим голосом спросила она.
— Ваш муж дезертировал с фронта…
— Значит… он? — Варвара приподнялась, ничего не видя, кроме пытливых, по-прежнему стерегущих каждое ее движение глаз.
— Значит, он изменник, — медленно проговорил военком.
Варвару будто кто хлестал наотмашь по щекам, она стояла, багровея в лице и задыхаясь.
— Да что же это такое? — мучительно охнула она и, спотыкаясь, пошла к двери.
Груня сидела на диване, как прикованная, с испугом следя за Варварой. Вот она ухватилась за ручку двери, повисла на ней и, точно собрав последние силы, вдруг обернулась, лицо ее было окаменевшее.
Военком, лязгнув стеклянной пробкой графина, наливал в стакан воду. В глазах его Груня уже не замечала недавнего недоверия.
Варвара жадно, в два глотка, выпила полный стакан воды.