Услышав всхлип дверей в сенях и шаги ребят, она метнулась к сундуку, приоткрыла крышку, кинула туда карточки. О, если бы можно было так легко запрятать свою тревогу!
Накормив и уложив в горенке близнецов, Варвара долго стояла над ними, любуясь румяными лицами.
Даже во сне они такие разные: Ленька спит, обняв подушку, прижимаясь к ее мякоти пухлой щекой; Савва разбросал руки, запрокинув светлое лицо, изредка тревожимое скользящей тенью сна.
«Ишь, наработались, мужички мои! Много еще придется мне хлебнуть с вами горя!»
Она поправила сползшее на пол одеяло, щелкнула выключателем и прилегла рядышком, с краю.
За окном метался сырой весенний ветер, скрипела береза, бился где-то в надсадном лае цепной пес. Скоро все стихло.
Варвара стала уже забываться, когда во дворе послышались вкрадчивые шаги. Она приподнялась, охваченная ознобом. Шаги застыли где-то, потом скрипнули совсем близко, шаркнула по крыльцу, и точно в Варварино сердце постучал кто-то сторожко — раз, два, три! Подождал и опять настойчиво, неотвратимо — раз, два, три!
Варвара бросила на плечи шаль и, стараясь не шуметь, вышла в сени. Она постояла в темноте, прислушиваясь.
— Кто это?
— Свои, открой!.. — голос был простуженный, продрогший.