Мужики молчали.
- Ты про нас-то не говори, бабушка, што, значит, мы в дудке работали, - говорил Рукобитов.
- Уж я знаю, што ему сказать, - уверенно ответила старуха. - Кто работал, - руки-ноги не оставил. А закону все-таки нет, чтобы морить людей под землей. Еще передо мной анжинер-то досыта накланяется. Нечего с меня взять.
Одевшись, бабушка помолчала, взяла в руки свою черемуховую палку и сказала:
- Ну, так вы меня ждите. Дарья, ты подтопи печку-то да картошки свари опять. Все-таки горяченького Михалко хватит с устатку.
Когда бабушка Денисиха пошла к дверям, Рукобитов попробовал ее остановить:
- Не ходила бы ты лучше, бабушка. Не женское это дело. Да и дорогой еще замерзнешь, пожалуй!..
Бабушка повернулась к нему, показала свою палку и сказала:
- А вот это знаешь?
Когда дверь за ней затворилась, Яков со вздохом проговорил: