— Да да… бормотал растерявшийся старик. — Конечно, бывает… Иннокентий Павлыч тоже приезжал… да. Случается…
Самые маленькие служащие, еще недавно трепетавшие пред всесильным Сократом Иванычем, теперь хихикали над ним, даже не закрывая рот ладонью. Крышка Сократу Иванычу…
Новый владелец, во избежание беспокойства, остановился не в собственном доме на Васильевском острове, а в Европейской гостинице, что показалось Сократу Иванычу кровной обидой. Что же это такое в самом деле, точно приехал какой-то бедный родственник, который не знает, куда ему голову преклонить. Сократ Иваныч отправился прямо из конторы в Европейскую гостиницу и попросил доложить о себе. Вышел англичанин-камердинер, презрительно оглядел его с ног до головы и даже не удостоил ответа, хлопнув дверью под самым носом Сократа Иваныча. Оставалось только вытолкать его, Сократа Иваныча, в шею…
— Господи, что же это такое? — застонал он. — Это… это… Всю жизнь верой и правдой служил… И вдруг…
Сократ Иваныч послал свою визитную карточку и получил ее обратно.
— Никого не велено принимать, — докладывал лакей. — Они еще изволят почивать…
— Да ведь сейчас скоро два часа?
Сократ Иваныч написал письмо и не получил ответа.
Свидание состоялось только через несколько дней. Молодой владелец написал сам Сократу Иванычу, что ждет его вечером, в девять часов. Когда Сократ Иваныч приехал, то был неприятно изумлен, что у Павла Иннокентича сидит Мирович и что, следовательно, не может быть настоящего, серьезного разговора.
— Ах, очень рад, — говорил Павел Иннокентии, пожимая руку Сократа Иваныча. — Я хорошо помню вас… Прежде вы носили усы… да?