— Подойти сын мой, я поцѣлую тебя, ты указал нам ту справедливую дорогу и твоего справедливая) бога, каким он и должен быть. — И она поцѣловала его в лоб, уронив на его щеку слезу.
Аверьянов быстро отвернулся к простѣнку, вынул платок, как бы вытереть эту слезу, а по пути вытер и свои собственныя…
Раздался фабричный звонок, призывающій к обѣду. Аверьянов взял с нар Некрасова, гдѣ он лежал все время, и проговорил:
— Ну, а теперь надо идти на обѣд, книжку почитаем когла либо в другой раз, — добавил он. И пожелав всѣм пріятнаго аппетита, пошел к выходу. Вслѣд ему слышались голоса, приглашающіе его приходить почаще.
— Спасибо, спасибо, ваш гость, — закончил Аверьянов, и вышел из спальни.
ОПОЗДАЛ
Точно кѣм-то сброшенный, соскочил Костерев с кровати на холодный пол босыми ногами, и мелкая дрожь пробѣжала по всему тѣлу.
Нащупал спичку, зажег газ и выругался:
— А, — черт!..
— Что? — полусонная, спросила жена.