— Так прочь с дороги! — гаркнул Костерев, угрожающе подняв над головой сундучек, за привинченную к крышкѣ ручку, и двинулся к проходу.
Помощники отскочили, а мастер отступил шаг назад, злобно кивнув Костереву:
— Разбойник!..
— Сами вы веѣ тут грабители и разбойники, — отвѣтил Костерев, направляясь к выходу.
Рабочіе, стоявшіе у машин на его пути, одни с любопытством, другіе с сожалѣніем смотрѣли на уходившаго Костерева.
Боясь открыто заговорить с ним в присутствіи мастера, нѣкоторые только незамѣтно, не обращаясь прямо к нему, бросали вопрос: «За что выбросили?»
— За опозданіе, — угрюмо отвѣчал Костерев. Одна только пріятельница работница подошла к нему, чтобы узнать, в чем дѣло?
— Чтоб их холера забрала! — гнѣвно выругалась она, мотнув головой в сторону конторы.
У выхода Костерева поджидали с очень недоброжелательным видом молодой подметальщик и старик-сторож, но отступили в сторону, видя, как рѣиштельно Костерев размахивает своим сундучком.
— Что, трусы, охраняете своего кровопійцу?… Рабы презрѣнные!.. Собаки послушныя!.. Лижете руки вашего благодѣтеля? — говорил Костерев, спускаясь с лѣстшщы и оглядываясь на них.