— Вот и именно, что очень.
Кира не возражала. Выглядел старик молодцом; ясные глаза с тем особым, хорошим блеском, что говорит о жадности к жизни.
— Один я теперь живу?
— Абсолютно один.
— А хорошо ли одному то на старости лет?
— На что хуже…
Он рассказал о своем сыне. Паренек едва успел окончить десятилетку, как нагрянула война. Они жили вдвоем: отец и сын. Жена Николая Поликарповича умерла, когда ребенку не было и двух лет. Он сам растил сына. Он и думать не хотел о разлуке. Вместе с сыном пошел в военкомат.
— Возраст у вас никак не подходит, товарищ, — сказал военком. — К тому же вы незаменимый специалист, работы здесь хватит, с лихвой. Не огорчайтесь.
Старик остался на заводе. Завод осваивал новую, непривычную продукцию. Затаив обиду, глубоко спрятав свое отцовское горе, Николай Поликарпович с остервенением взялся за работу.
— Весь завод перевернули, но до дела дошли. Стали фронтовикам подарочки слать. Одно было плохо — рабочих нехватало. А я, признаюсь, недооценивал тогда женщин, — улыбнулся Николай Поликарпович.