Красивый, молодой человѣкъ, такъ недавно еще восхищавшійся жизнью, погибъ вдругъ въ пламени! Это немыслимо!
– Невозможно! – простонала Фрейлина Газе.
– Невозможно? – повторила президентша въ припадкѣ истерики и, шатаясь какъ пьяная, вскочила на ноги и указала на рощу.
– Вотъ они несутъ его! Боже мой! Морицъ!
Въ дали дѣйствительно кого-то несли на носилкахъ; цѣлая толпа любопытныхъ окружала идущихъ, а сзади всѣхъ мѣрными шагами шелъ докторъ Брукъ; онъ былъ безъ шляпы и его высокая фигура была видна изъ далека.
Флора бросилась ему на встрѣчу, между тѣмъ какъ президентша громко зарыдала.
При видѣ приближавшейся невѣсты, толпа нѣсколько разступилась; внимательно посмотрѣвъ на вытянутую фигуру, лежавшую на носилкахъ, Флора обернулась въ сторону бабушки и крикнула:
– Успокойся, бабушка, это не Морицъ.
– Вѣроятно, это Кети! Я такъ и думала, – шептала Генріетта съ отчаяніемъ и, тихо рыдая, невѣрными шагами пошла къ тому мѣсту, гдѣ носильщики остановились, чтобы перевести духъ.
Несчастная дѣвушка лежала на старинномъ матрасѣ, въ видѣ кушетки; платье ее, было промочено насквозь и во многихъ мѣстахъ разорвано. Она лежала такъ спокойно со сложенными на груди руками и закрытыми глазами, что можно было-бы принять ее за мирно-спящую, но кровавые потеки на лѣвой щекѣ и повязка на лбу свидѣтельствовали о головной ранѣ.