– Да, вѣдь, оно фальшивое!
– Ну докажи! Гдѣ свидѣтели? Нѣтъ, голубушка, не даромъ говорятъ, что во мнѣ кроятся задатки юриста… Впрочемъ, можешь успокоиться. Я не такъ жестока, что-бы запретить женидьбу моему бывшему жениху. Пусть его женится хоть завтра, но только не на той дѣвушкѣ, которую любитъ. Я буду вѣчно слѣдить за нимъ, буду подстерегать каждое, неосторожно обнаруженное, чувство и горе ему, если онъ изберетъ дорогу, которая мнѣ не нравится.
Флора съ видимымъ волненіемъ сорвала померанцевую вѣтку и нервно вертѣла ее между пальцами; въ эту минуту она походила на хищную птицу, летающую вокругъ своей добычи.
– Что-же, Кети, ты любишь его; – почему же ты не попытаешься просить за него, – снова продолжала она послѣ короткаго молчанія. – Вѣдь, его счастіе въ моихъ рукахъ, я могу разрушить его и могу тоже осуществить, совершенно по своему желанію. Эта власть и это могущество дороги моему сердцу, но все таки я едва въ силахъ устоять противъ искушенія отказаться отъ нихъ, что-бы хоть разъ въ жизни узнать, какъ сильна такъ называемая истинная любовь… Послушай меня, Кети: – я могла бы передать это кольцо въ твои руки и отказалась бы отъ всякаго права на вмѣшательство, если-бы ты согласилась подчиниться всѣмъ моимъ условіямъ съ тѣмъ, что-бы Бруку съ той минуты была возращена полная свобода.
Кети скрестила руки и крѣпко прижала ихъ къ волнующейся груди, видно было какая тяжелая борьба происходила въ душѣ молодой дѣвушки.
– Я безпрекословно подчиняюсь всѣмъ твоимъ требованіямъ и условіямъ, если только этимъ спасу Брука отъ твоихъ сѣтей, – отвѣчала Кети рѣшительнымъ голосомъ.
– Не горячись и не торопись! Сильная опрометчивость можетъ испортить дѣло и поврѣдитъ твоему счастію.
Молодая дѣвушка молчала и крѣпко сжала голову руками; видно было, что она сильно страдала, что только твердая воля удерживала ее на мѣстѣ.
– Я знаю чего хочу, мнѣ не о чемъ долго раздумывать, – сказала она твердо.
– Ну а если онъ пожелаетъ просить твоей руки? – спросила Флора, искоса взглянувъ на сестру.