Докторъ былъ видимо чѣмъ-то раздраженъ. Кети догадалась, что онъ былъ не въ духѣ и замолчала.
V.
Разговоръ между ними не возобновлялся болѣе; они скоро достигли дома и вошли въ него боковою дверью, въ то время, какъ отъ главнаго подъѣзда отъѣзжалъ красивый экипажъ. Слуга, встрѣтившій ихъ въ передней, доложилъ имъ, что барышни и самъ баринъ прошли въ зимній садъ, то есть въ апартаменты президентши.
Кети снова овладѣла увѣренностью и спокойствіемъ; она вынула изъ бумажника визитную карточку и подала ее лакею со словами:
– Передайте коммерціи совѣтнику.
– Съ такими церемоніями? – спросилъ Брукъ со смѣхомъ, между тѣмъ, какъ лакей неслышно удалялся по мягкому ковру корридора.
– Да, – сказала она серьезно. – Чѣмъ дальше себя держишь, тѣмъ лучше. Я и теперь боюсь, какъ бы не сдѣлать непріятности совѣтнику своимъ неожиданнымъ пріѣздомъ.
Впрочемъ она не ошиблась. Ремеръ пришелъ въ сильное замѣшательство и вышелъ изъ внутреннихъ комнатъ съ испуганнымъ восклицаніемъ:
– Боже мой, Кети!
Направленіе его взгляда было очень смѣшно, онъ очевидно искалъ голову своей питомицы двумя аршинами ниже, и вдругъ видитъ, что она подошла къ нему такая стройная и высокая, твердою поступью и поздоровалась съ нимъ гордымъ наклоненіемъ головы.