Меня интеллигентом назначили! Как? Вот так же само, как в войске назначают старших, так же меня назначили интеллигентом. Сперва послушайте, а потом скажете, может это быть или нет.
Отними у вора немного силы, а у него на это место ума прибавится. Вот так получилось с Володком. Не с сегодняшнего дня ходит слух, что Володко с Гриньком обдирают кассу, как молоденькую липку. Все ж дошел этот слух до Львовской кассы, до той главной, которая помогает деньгами всем мелким кассам. Оттуда же пришел Володку наказ: чтобы в нашей кассе в контрольном совете, кроме священника, был еще один интеллигент; если ж нет, то уж нашей кассе ни на какой кредит во Львове не надеяться! Что же делает Володко? А что ж бы вы думали? Созывает контрольный совет, да и говорит тем разумом, который ему прибавился.
— На что вам, — говорит, — далеко искать? Вот Павло Заумник, он же интеллигент.
Контрольный совет кивает головами, а кое-кто уже и вслух поддакивает:
— Правда, истинная правда; они уже, можно считать, вроде как не нашей веры!
— А раз уж так, — говорит Володко, — то подпишите эту правду!
Вот так получил я звание интеллигента.
Но, кроме того, я еще сдал экзамен на интеллигента. Это тоже стоит послушать.
После заседания пригласил меня пан-отец на кружку пива. Присоединился к нашей компании еще и второй — тот красный, румяный попик, да еще один учитель из Тупиц, тот худенький, с растрепанной бородой. Как водится, за пивом идет беседа. Говорили больше всего попики. Я больше слушал, чем говорил, потому что боялся, как бы из меня не вылез чересчур уж глупый и простоватый мужик. А учитель еще больше стеснялся священников, чем я. Но так было сначала, а потом уж и у меня язык развязался, как хмель в голову ударил.
Как начали священники попрекать наш темный народ, что не знает, кто ему враг, а кто — приятель, что ничего больше не видит — лишь бы только напиться, что не любит просвещать свою глупую голову, — то я сумел так поддакнуть им в жалобах на наш народ, что пан-отцы только дивились, где это я так хорошо узнал этот несчастный народ.