— Вам бы поберечься надо, — посоветовал Сергей Трухину.
— Поберечься? — серьёзно переспросил Степан Игнатьевич. — А как?
— Да вот хоть бы револьвер… Как у Стукалова.
— Нет, у Стукалова револьвер для устрашения. А я никого не собираюсь пугать.
— Всё же оружие иметь не мешает, — сказал Сергей.
— Не в оружии сейчас наша сила, — ответил Трухин. — А вообще-то я подумаю.
Но, как заметил Сергей, Трухин не обратил большого внимания на подброшенную записку. В тот день они как ни в чём не бывало опять ходили в гости, сидели и беседовали с маленьким лысым мужиком, которого Трухин уважительно звал Иваном Спиридоновичем.
Сперва Иван Спиридонович принял их как будто и без особой радости.
— Ходят, ездят начальники, — ворчал он. — Бог сначала создал мужика — показалось ему мало. Сделал попа — мало. Так на же тебе и начальника!
— По-старому рассуждаешь, Иван Спиридонович, — посмеиваясь, сказал Трухин.