Но ему снова возражал Гаранин:
— Не ищите во что бы то ни стало виноватых, дело не в этом. Надо исправить ошибки, допущенные в ходе коллективизации..
Григорий молча слушал эту перепалку. Под конец он повторил свою просьбу:
— Не могу я быть секретарём, прошу переизбрать.
Но его не послушали.
— Ты, Григорий Романыч, в амбицию не лезь, — сказал Сапожкову Гаранин. — Лучше признавай свои ошибки да начинай их исправлять. А мы тебе поможем.
Собрание было закрытым, но о том, что оно состоялось, в Крутихе в тот же день стало известно.
— Гришке укорот дали, он всё неправильно делал, — говорил мужикам Никодим Алексеев.
В первые дни он ходил из избы в избу. Но вскоре выходы из колхоза прекратились. Никодим снова, как и прежде, занялся своим хозяйством. "Напрасно его, черта, тогда не выселили", — думал об Алексееве Сапожков. Иннокентий Плужников сказал Григорию, что к Никодиму стал часто забегать Никула Третьяков.
— Не лежало у меня сердце принимать в артель этого подкулачника, — сердито ответил Иннокентию Григорий.