— Срок прошёл, — сказал Трухин, вертя в руках тот самый пакет, который однажды ночью доставил в райком вместе с постановлением ЦК фельдъегерь. — Надо было передать мне его немного пораньше, — проговорил он насмешливо.
— Но тебя же не было в Имане, ты уезжал в леспромхоз. А когда вернулся из леспромхоза, я забыл, что у меня есть для тебя вызов в крайком. Прошу меня простить.
Трухин презрительно взглянул на Марченко. Тот развёл руками. Что поделаешь — забывчивость! Это может случиться с каждым…
III
Секретарь Далькрайкома Северцев принял Трухина, можно сказать, на ходу. Беседа была краткой. Она и не могла быть иной. Во-первых, потому, что Трухин приехал не в день, когда его ожидали и когда ему было назначено, а много позднее.
Во-вторых, секретарь Далькрайкома был сильно занят и на обстоятельный разговор с Трухиным просто не имел времени. Шла срочная подготовка к внеочередной дальневосточной партийной конференции. На конференции первым должен был обсуждаться вопрос о ликвидации перегибов в колхозном строительстве. Вторым вопросом стоял доклад о развитии лесной промышленности на Дальнем Востоке.
— Я бы вас не принял, — строго и недовольно сказал Трухину Северцев. — Но дело ваше исключительное. Почему вы не приехали, когда вас вызывали?
— Я только вчера получил вызов, — ответил Трухин.
Северцев оставил этот ответ без внимания. Много лет тому назад Трухину, назначенному для связи между партизанскими отрядами, действовавшими в иманских лесах, приходилось чуть ли не ежедневно докладывать Северцеву — тогда начальнику политотдела армии. С тех пор они знакомы. Но сейчас не время и не место для этих воспоминаний…
— Что у вас в районе произошло? — строго спросил Северцев. — Расскажите, только кратко.