Мишка Парфёнов, сбегав вместе с другими парнями смотреть, как повалились от взрыва каменные столбы, подскочил к трактору, когда он уже начал пахать. Глаза у парня блестели. Озорная удаль вдруг закипела в Терехином сыне. Он сбоку ухватился обеими руками за колесо машины, попытался упереться ногами в землю, но сразу же и отлетел. Среди мужиков, шедших за трактором, грохнул хохот.
— Что, Мишка, не берёт? — кричали ему.
— Гляди, пуп надорвёшь!
— Машину остановить хотел! Ну Мишка!
Хохотали Ларион, Николай Парфёнов, Перфил Шестаков. Засмеялся и подошедший Григорий. Только Никодим Алексеев, стоя в стороне, всё так же мрачно смотрел на толпу мужиков.
А Мишка Парфёнов, смеясь вместе со всеми, думал: "Куда до неё коням! Эта машина любых томских пересилит!"
Мужики гурьбой шли за плугом. Сквозь шум мотора слышались их голоса:
— Глубоко всё же берёт!
— Эх, вот сила! Вот оно где, тягло — по сибирским землям как раз!
— Неужто нам не только на показ такой дадут?