— А как там — не развалилась Вавилонская башня? — напомнил он Веретенникову его старые притчи на лесобирже в Имане. Экие памятливые эти начальники!
— Нет, — смутился Егор, — урожай там собрали богатый… Окреп колхоз… Ну, да не без хитрости — взодрали залежь. Им пшеничка-то и вымахала!
— А чего же ты не взодрал?
— Сила не брала.
— Ну, знаешь, где сила — там и правда! А как обида твоя на земляков? Не прошла?
— Обида-то., Да уж проходит. Чего долго сердиться, на сердитых воду возят.
— Вот именно! А если не прошла, зачем тебе, бригадир, возвращаться туда, где тебя не любят? Оставайся у нас! Мы ведь друг на друга без обид? Не так ли? Рабочий ты хороший.
— И вы вроде начальники ничего, — уклончиво ответил Егор и дальше этого не пошёл в разговоре…
И вот как-то вечерком, когда плотники сидели и покуривали, гадая, кто в этих домах жить будет, появился Никита Шестов.
Он шёл и, не замечая мужиков, во все глаза разглядывал постройки.