— Не беспокойся, Степан Игнатьич, оружие в руках коммунистов и комсомольцев. Люди инструктированы…
Днём дежурство. Ночью усиленные караулы. Ничего у нас не получит банда, кроме пули!
Это был рапорт бойца командиру.
Вернувшись на Красный утёс, Лопатин обошёл все бараки, проверил посты. Усилил охрану склада взрывчатки и продовольственного склада. Ведь это главное, что могло пригодиться бандитам. А так — какого им чёрта делать среди тайги? Лесорубы — они же не золото добывают.
Повстречав в одном из бараков Генку, который, собираясь бежать, притворился больным, Демьян посетовал:
— Жалко, не во-время ты захворал, паря. Дал бы я тебе оружие, был бы с нами… Глядишь, банда и к нам сунется, вот и повоевал бы! — сказал он так, словно повоевать — это было одно удовольствие.
И уходя, наказал:
— За этот барак ты отвечаешь! Смотри в оба. В случае чего мне лично знать давай!
Его воинственный вид окончательно сразил Генку. Куда уж теперь бежать, надо в бараке отсиживаться! Ещё убьют невзначай в чужой драке…
— Ты кого-то убил, я слышал, — говорил Генке Корней Храмцов. В последние дни семейский тоже оставался в бараке.