— Спите вы, полуночники! Бубнят, бубнят…
— Ну, ну, — отозвался дед. — Как сон придет, так и заснем.
За окном стоял полумрак. Ваня знал, что темнее не будет и скоро опять начнет светать. В июне ночи были совсем короткие.
Утром следующего дня в монастырский сад собрались мичуринцы. Некоторые из них привели с собой родителей, старших братьев и сестер. Пришли учителя школы и все пионеры. Пришел секретарь городского комитета партии товарищ Ермаков. Многие захватили с собой лопаты и грабли, пилы. Солодовников подъехал на грузовике.
Василий Лукич едва успевал распоряжаться. Все требовали работы. Тех, кто принес лопаты, он поставил на окопку деревьев, показав, как это делается. С пилами и ножами пошли на обрезку сухих веток. Этой операцией руководил Ваня. «Садовод» пальцем показывал место и наклон среза, а потом поручал кому-нибудь острым ножом сглаживать спиленное место.
Мусор, ветки, старые листья таскали к реке, и скоро там запылал костер.
Девочки чистили и мыли сторожку. Всё старье, лежавшее в сарае, грузили на машину.
Маша Ермакова ходила по пятам за стариком с тетрадкой и карандашом и добросовестно записывала все его замечания, относившиеся к садоводству.
В самый разгар работы к старику подбежал запыхавшийся Трубач и, взяв его под руку, потянул в сторону.
— Василий Лукич, идемте скорей, — сказал Гриша. — Что мы нашли-то…