Здесь та же картина. Еще издали он увидел побелевший шалаш и седую траву вокруг участка. На ботве картофеля не было инея, но листья стали блестящими, словно лаком покрытые. Ботва замёрзла. Поднимется солнце, обогреет её, и она почернеет.
Встав на колени, Ваня ковырнул землю. Верхний слой смёрзся и покрылся корочкой. Но не глубоко, не больше сантиметра. Значит, до клубней мороз не добрался. Это немного успокоило его.
Николай Тимофеевич сидел за столом и пил чай, когда в дом вошёл встревоженный Ваня.
— Что? Переполошился? — спросил он, сразу угадав, зачем так рано пришёл мальчик. — Прихватило вашу картошку?
— Замёрзла, Николай Тимофеевич. Вся дочиста…
— Ну, значит, надо копать.
— Боюсь я… Вдруг и клубни подморозило.
— Ну что ты… Ничего им не сделается.
В это время из своей комнаты вышла с полотенцем в руках Мария Ивановна.
— С добрым утром, Ваня! Что ты рано так?..