«Неужели это враги? Может, десант высадили?..»
Она хотела захлопнуть дверь, но мужской голос тихо сказал по-русски:
— Мы за вами приехали. Пока затишье — скорей собирайте ребят. Сажайте их в грузовики. Машины за деревьями.
Бережно, на руках, вынесли спящих малышей. Старшие ребята сразу проснулись; кто, мог, деятельно помогал взрослым. Наконец разместили всех. Проверили, не осталось ли что в подвале. Грузовики медленно выехали из сада.
Едва спустились под гору — обстрел возобновился. Но автомобили уже мчались по шоссе. Снаряды туда не долетали.
Детей поместили в школу недалеко от Ораниенбаума. После подвала жизнь там показалась раем. Кроватей и многих необходимых вещей не было, зато воздуху — сколько хочешь, и воды тоже. Хлеб и провизию получали в Ораниенбауме.
Дети жили дружной семьей. Да иначе и нельзя было: слишком близко находился враг.
Осажденный Ленинград помнил об оставшемся на «пятачке» детском доме. Неожиданно на пароходе вернулись из Ленинграда два воспитателя, ранее отправленные туда. Они сообщили, что ночью предстоит эвакуация детей морем.
— Путь опасный. Залив обстреливается. Но другого выхода нет. Оставаться здесь вам еще опаснее.
Тамара Сергеевна следила за сборами. В любое время могли сообщить, что пароход подошел.