— Мы вместе будем работать. Постараемся, чтобы жизнь у нас была интереснее и содержательнее. Тебе сколько лет?
— Четырнадцать. Мне хочется попрежнему быть настоящей пионеркой, но разве с такой ногой это возможно?
— А почему нет? У тебя здоровая голова и, кажется, богатое воображение. Как знать, вырастешь, может быть, писателем, художником или музыкантом станешь. Можешь и инженером сделаться: руки у тебя тоже здоровые. Даже ходишь на протезе. Что же тебя смущает?
— Значит, возможно?
— А то как же! Ты сейчас об этом мечтала?
— Нет. Я смотрела на огонь, и он мне напомнил салют. Когда началась война, я училась в школе. В нашем доме сразу организовалась группа самозащиты. Меня взяли туда связной. Я бегала по квартирам, извещала о дежурствах, исполняла всё, что мне поручали. В наш дом попала бомба. Меня ранило осколками. После этого я долго лежала в больнице. В день Победы нас вынесли на балкон. Мы хорошо видели салют, иллюминацию. Внизу на площади — танцевали. Было так празднично! Все радовались, что война кончилась. Я смотрела на небо, засыпанное цветными ракетами. О, если б всегда, всегда был мир!..
Худенькое, бледное лицо девочки преобразилось. Так хороши были ее сияющие глаза!
Нина вздрогнула. В комнату шумно, весело вошли другие воспитанницы. Они расселись около потухающей печки. Начался общий разговор. Надя незаметно направляла его, задавая вопросы. Девочки говорили непринужденно. Пионервожатой эта случайная беседа с детьми помогла многое понять. Она почувствовала, что и здесь уже зародилось доверие к ней.
«Надо наполнить каждый день ребят увлекательной, живой деятельностью. Постараюсь отвлечь мысли детей от ужасов войны. Стану чаще показывать им город. А театры, кино… Как изменят они однообразную жизнь детдомовцев!». Надя надеялась, что она придумает много-много занимательного.
«Хорошо, что я выбрала эту работу!» — с удовлетворением думала она, возвращаясь домой, и решила: «Завтра поведу их в кино!». Наде и в голову не пришло позаботиться о билетах заранее.