- Эх, Дарья Сергевна, Дарья Сергевна!- горько он вымолвил.- Бог с вами!.. Не того я ждал, не то думал... Ну да уж если так - ваша воля... Дуню в таком разе уж вы не оставьте.
- Мое дело сторона,- вмешалась при этом Макрина.- А по моему рассуждению, было бы очень хорошо, если б и при Дунюшке в обители Дарья Сергевна жила. Расскажу вам, что у нас в Комарове однажды случилось, не у нас в обители,- у нас на этот счет оборони господи,- а в соседней в одной.
И пошла рассказывать ни так, ни сяк не подходящее к делу. Ей только надо было отвести в стороны мысли Смолокурова; только для того и речь повела... И отвела... мастерица была на такие отвороты.
* * *
Дён пять прошло после тех разговоров. Про отправленье Дунюшки на выучку и помина нет. Мать Макрина каждый раз заминает разговор о том, если зачнет его Марко Данилыч, то же делала и Дарья Сергевна. Иначе нельзя было укрепить его в намеренье, а то, пожалуй, как раз найдет на него какое-нибудь подозренье. Тогда уж ничем не возьмешь.
Раз при Макрине и при Дарье Сергевне посадил Марко Данилыч Дуню к себе на колени и, лаская ее, молвил:
- Хочешь, Дунюшка, учиться уму-разуму?
- Хочу, тятя,- весело улыбаясь синенькими глазками, отвечала девочка.
- Отдам я тебя матушке Макрине, увезет она тебя к себе домой и там всему хорошему тебя научит,- сказал Марко Данилыч.- Поедешь с матушкой Макриной?
На минутку Дуня задумалась. И, быстро вскинув головкой, блеснула на отца взорами и спросила: