В Язвицах, только что въехали они в деревенскую околицу, встретился Петру Степанычу старый знакомый - ухарский, разудалый ямщик Федор Афанасьевич. На водопой коней он вел и, как только завидел Самоквасова, радостно вскликнул ему:
- А! Ваше степенство! По добру ль, по здорову ль? Давно не видались!
- Здравствуй, Федор Афанасьич!- вылезая из телеги, отвечал на привет его Самоквасов.- Каково поживаешь? Лошадок бы мне.
- Можно,- молвил ямщик.- Лошади у нас всегда наготове. Много ль потребуется?
- Пару,- сказал Петр Степаныч, отходя с ямщиком в сторону от тележки иконниковой.
- Что мало? - подмигнув Самоквасову с хитрой улыбкой, молвил ямщик.- Я было думал троек пять либо шесть вашему степенству потребуется, думал, что опять скитскую девку задумано красть...
- А ты потише... Зря-то не болтай... Нешто забыл уговор?..- понизив голос, сказал Петр Степаныч, оглянувшись на Ермилова сына.
Но коренастый, дюжий Андрей, откладывая усталых лошадей, ни на что не обращал вниманья.
- Зачем нам, ваше степенство, твой уговор забывать? Много тогда довольны остались вашей милостью. Потому и держим крепко заказ,- бойко ответил ямщик.Ежели когда лишняя муха летает, и тогда насчет того дела молчок... Это я тебе только молвил, а другому кому ни-ни, ни гу-гу. Будь надежен, в жизни от нас никто не узнает.
- То-то, смотри,- молвил ему Петр Степаныч, ставши возле колодца у водопойной колоды.- Ненароком проболтаешься - беда.