В просторной каюте, по убранству во всем походившей на торговую контору, Веденеев встретил радушно Марко Данилыча.
- Сколько лет, сколько зим! Как поживаете? Авдотья Марковна как в своем здоровье?
И засыпал Марка Данилыча вопросами, усадил его в мягкое кресло, чаю подать приказал, любезен был с гостем, как нельзя больше.
Отлегло от души у Марка Данилыча. "С этим, бог даст, сладим", - подумал он.
- Так вы нашим покупателем стали, Марко Данилыч, - подавая стакан лянсина, с веселой улыбкой сказал Веденеев. - Да еще покупатель-от какой?.. Главный... единственный даже!..
- Привел господь и с вами, Дмитрий Петрович, делишки завести, - потирая руки, отвечал Марко Данилыч. - Напредки просим не оставить. А я ото всей души и во всякое время желаю вашим покупателем быть... Условийца только стеснительны. Так я думаю, что, сколько ни стоит Макарьевская ярманка, таких условий на ней никогда не бывало...
- Чем же тяжелы-то? - спросил Веденеев.
- Как же? Помилуйте! Слыхано ль по всей нашей коммерции, чтобы две трети платежа наличными сейчас на стол выкладывать? - сказал Смолокуров.
- А слыхано ли, Марко Данилыч, чтобы рыбу где-нибудь так дешево покупали? - молвил Веденеев.
- Это расчет особливый, Дмитрий Петрович. В цене хозяин волен, а в торговых порядках ему воли нет, - заметил Марко Данилыч.