Отведал Субханкулов и, ровно кот, зажмурил глаза.
- Якши, болна якши! Якши - хорошо. - промолвил он вне себя от удовольствия.
И, осушив рюмку, поспешно протянул ее Марку Данилычу, говоря:
- Якши!.. Давай... Ешшо давай!.. Болна караша.
- Что ж молчишь, Махметка? Говори - пивал ли такую? - спрашивает Марко Данилыч, а сам другую рюмку наливает.
- Ни... - молвил Субханкулов, принимая рюмку.
И дрожала рука татарина от удовольствия и волненья.
- Идет, что ли, дело-то? - спросил Марко Данилыч, держа в руке бутылку и не наливая вишневки в рюмку, подставленную баем. - Тысяча рублев деньгами да этой самой наливки двенадцать бутылок.
- Ладно... Пошла дела!.. Хлопай рукам!..
И ударили по рукам. Татарин тотчас же протянул рюмку, говоря: