- А ежель не явит начальство помощи, тогда что делать? - пригорюнившись, молвила Дарья Сергевна.
- Были бы денежки святые, грешная помощь будет. Не беспокойте, не тревожьте себя. Протрем начальству очи золотцем - все будет как следует, сказал Патап Максимыч.
- Денег-то таких нет, благодетель, при мне, - начала было Дарья Сергевна.
- И не надо, - перебил ее Патап Максимыч. - Без них управимся. А вот покамест до приезда Авдотьи Марковны извольте-ка получить от меня на домашнее хозяйство, - сказал Патап Максимыч. - Да денег-то не жалейте, чтобы все шло по-прежнему. А приказчику сейчас же велите прийти ко мне. Да лошадок готовили бы, Груне ехать пора. Изготовьте что нужно на дорогу Авдотье Марковне.
- А сундук-от как же? - спросила Дарья Сергевна. - Марко Данилыч сам под подушку вам указывал ровно бы говорил, чтобы вскрыли...
- Покамест не приехала Авдотья Марковна, сундука никому тронуть не дам, решительным голосом сказал Патап Максимыч. - Пошлите же поскорей приказчика.
Дарья Сергевна пошла из комнаты.
После того через четверть часа Патап Максимыч с глазу на глаз беседовал с Васильем Фадеевым.
С того часу как приехал Чапурин, в безначальном до того доме Марка Данилыча все само собой в порядок пришло. По прядильням и на пристани пошел слух, что заправлять делами приехал не то сродник, не то приятель хозяина, что денег у него куры не клюют, а своевольничать не даст никому и подумать. И все присмирело, каждый за своим делом, а дело в руках так и горит. Еще никто в глаза не видал Патапа Максимыча. а властная его рука уже чуялась.
- Что за начальство такое у нас проявилось? - заговорили было самые задорные из пильщиков. - Генерал, что ли, он какой, аль архиерей? Всяких видали... Ежели артель положит не уважать его, в жизнь никто не уважит.