Стоит Матрена Максимовна, как к земле приросла. Молчит, как неживая.
- Говори же, бесстыжая! - закричал Чапурин, схватив дочку за руку.Говори, не то разражу...
И поднял увесистый кулак над белокурой головкой дочери...
- Батюшка?- крикнула Матренушка и без чувств упала к отцовским ногам. Поглядел на помертвевшую дочь Максим Чапурин, плюнул и велел работнику лошадей запрягать. Через час времени он уж вез ее в Комаровский скит. Там у него двоюродная сестра проживала, мать Платонида. Ей сдал Максим Чапурин дочь свою с рук на руки.
- Береги ты ее, мать Платонида,- говорил он сестре на прощанье.- Глаз не спускай с нее. Чтоб из кельи, опричь часовни, никуда она ноги не накладывала и чтоб к ней никто не ходил. В оба гляди, чтобы грамоток к ней не переносили, чтоб сама не писала. Ни пера, ни бумаги чтоб в заводе у ней не бывало... Сбережешь девку, попомню добро твое,- останешься довольна... Сундук с поклажей, перину с подушками вели взять из саней, да вот тебе, покаместь, четвертная девке на харчи... А в келарню не пускай ее, пусть в келье обедает и ужинает... А это тебе, матушка...
Разложил на столе подарки: сукна на шубу, черный платок драдедамовый, китайки на сарафан, икры бурак, сахару голову, чаю фунт, своих пчел сот меду.
Мать Платонида не знает, как благодарить тороватого братца, а у самой на уме: "Полно теперь, мать Евсталия, платком своим чваниться. Лучше моего нет теперь по всей обители. А как справлю суконную шубу на беличьем меху, лопнешь со злости, завидущие глаза твои".
- Смотри же, мать Платонида, сбереги Матрену,- продолжал Максим Чапурин.Коим грехом не улизнула бы... Слышишь?
- Слушаю, братец, слушаю, кормилец ты мой,- отвечала Платонида.- Все будет по приказу исполнено. Птице к окошку не дам подлететь, на единую пядь не отпущу от себя Матренушку, келарничать пойду - на замок замкну.
- И хорошее дело,- ответил Чапурин.- В самом деле, запирай-ка ее на замок. Надежнее.