- Божиться, что ль, тебе?.. Образ со стены тащить? - вспыхнул Стуколов.- И этим тебя не уверишь... Коли хочешь увериться, едем сейчас на Ветлугу. Там я тебя к одному мужичку свезу, у него такое же маслице увидишь, и к другому свезу, и к третьему.
- Что ж, это можно,- сказал Патап Максимыч.- Сколько ж денег потребуется? - Да покаместь гроша не потребуется.- отвечал Стуколов.- Пятьдесят тысяч надо не сразу, не вдруг. Коли дело плохо пойдет, кто нам велит деньги сорить по-пустому? Вот как тебе скажу - издержим мы две аль три тысячи на ассигнации, да если увидим, что выгоды нет,- вдаль не поедем, чтоб не зарваться...
- Две либо три тысячи! - раздумывал Патап Максимыч.- Ну это еще туда-сюда... На этом можно помириться. А насчет пятидесяти серебра - нет, брат, шалишь, мамонишь.
- Как вперед загадывать? - отвечал Яким Прохорыч,- может статься, и много меньше пятидесяти тысяч положишь, а года в два миллион наживешь.
- Уж и миллион? Не широко ль загинаешь? - перебил Патап Максимыч.
- Не один миллион, три, пять, десять наживешь,- с жаром стал уверять Патапа Максимыча Стуколов. - Лиха беда начать, а там загребай деньги. Золота на Ветлуге, говорю тебе, видимо-невидимо. Чего уж я - человек бывалый, много видал золотых приисков - в Сибири и на Урале, а как посмотрел я на ветлужские палестины, так и у меня с дива руки опустились... Да что тут толковать, слушай. Мы так положим, что на все на это дело нужно сто тысяч серебром.
- Значит, это дело надо оставить,- махнув рукой, сказал Патап Максимыч.Сто тысяч!.. Эк у него тысячи-то - ровно парена репа...
- А ты слушай, речи не перебивай,- прервал его Стуколов.- Наличными на первый раз - сказал я тебе - две либо три тысячи ассигнациями потребуется.
- Хоть убей - в толк не возьму,- возразил Патап Максимыч.- Про какие же сто тысяч поминаешь?
- Да ты не перебивай моей речи, а то ввек с тобой не столкуешься,- с досадой молвил Стуколов.