- То-то и есть! - сказал Стуколов.- Без умелых людей как за такое дело приниматься? Сказано: "Божьей волей свет стоит, человек живет уменьем". Досужество да уменье всего дороже... Вот ты и охоч золото добывать, да не горазд - ну и купи досужество умелых людей.
- Да как его купить-то? - усмехнувшись, молвил Патап Максимыч.- На базаре не продают.
- Вот что,- сказал Стуколов,- складчину надо сделать, компанию этакую. Слыхал про компании, что складочными деньгами дела ведут? - Как не слыхать? молвил Патап Максимыч.- Только в этом деле, сказывают, много греха живет обижают. - На то глаза во лбу да ум в мозгу, чтоб не обидели,- отвечал Стуколов.- Видишь ли: чтоб начать дело, нужен капитал, примером тысяч в пятьдесят серебром.
- В пятьдесят? - воскликнул Патап Максимыч.- Эк тебя!.. Ровно про полтину сказал. Пятьдесят тысяч деньги, брат, не малые, зря неваляются... Эко слово молвил! Пятьдесят тысяч!.. Да у меня, брат, и половины таких денег в ларце-то не найдется, да если и кума и Михайлу Васильича взять, так и всем нам пятидесяти тысяч наличными не собрать. У нас ведь обороты, торговля... У торгового человека наличными деньги не лежат. А заведенных дел ради твоего золота я не нарушу... Что-то еще там на Ветлуге будет, а заведенное дело изведано - с ним идешь наверняка. Хоть и сулишь ты горы золота, однако же я скажу тебе, Яким Прохорыч, что домашний теленок не в пример дороже заморской коровы. - Так как же, Патап Максимыч, будет наше дело? - после минутного молчания спросил Стуколов.
- Да уж верно так и будет, что твои блины отложить до другого дня. Не подходящая сумма,- отвечал Патап Максимыч.
- Меньше нельзя,- равнодушно отвечал Стуколов.- Пятидесяти тысяч не пожалеешь - миллионами будешь ворочать... Слыхал, как в Сибири золотом разживаются?
- Слыхать-то слыхал,- отвечал Патап Максимыч.- Да ведь то Сибирь, место по этой части насиженное, а здесь внове, еще бог знает, как пойдет.
-Ветлужские прииски богаче сибирских - верь моему слову,- сказал Стуколов.- Гляди... И вынул паломник из замшевого мешка полгорсти золотого песку и стал пересыпать его. Глаза так и загорелись у Патапа Максимыча. Закусил он губу.
- Этой благодати на Ветлуге больше, чем в Сибири,- говорил Стуколов,- а главное, здешняя сторона нетронутая, не то, что Сибирь... Мы первые, мы сметанку снимем, а после нас другие хлебай простоквашу...
- Да впрямь ли ты это на Ветлуге нашел? - спросил Патап Максимыч, не спуская глаз с золотой струи, падавшей из рук паломника.