- Невдомек! - почесывая затылок, молвил Патап Максимыч.- Эка в сам деле!.. Да нет, постой, погоди, зря с толку меня не сшибай...- спохватился он.- На Ветлуге говорили, что этот песок не справское золото; из него, дескать, надо еще через огонь топить настоящее-то золото... Такие люди в Москве, слышь, есть. А неумелыми руками зачнешь тот песок перекаливать, одна гарь останется... Я и гари той добыл,- прибавил Патап Максимыч, подавая Колышкину взятую у Силантья изгарь. Икнулось ли на этот раз Стуколову, нет ли, зачесалась ли у него левая бровь, загорелось ли левое ухо - про то не ведаем. А подошла такая минута, что силантьевская гарь повернула затеи паломника вниз покрышкой. Недаром шарил он ее в чемодане, когда Патап Максимыч в бане нежился, недаром пытался подменить ее куском изгари с обительской кузницы... Но нельзя было всех концов в воду упрятать - силантьевская гарь у Патапа Максимыча о ту пору в кармане была... Колышкин испробовал гарь и сказал:
- Не от того песку... Это от серного колчедана... Теперь ихнюю плутню насквозь вижу... Знаешь серный колчедан?..
- Не знаю, что за колчедан такой, не слыхивал...- отвечал Патап Максимыч.
-Дресву знаешь?
- Как дресвы не знать!- молвил Чапурин.- По нашим местам бабы дресвой полы моют.
- А как ее делают? - спрашивал Колышкин.
- Спорник с каменки (В бане) берут... потолкут в ступе, вот тебе и дресва,- сказал Патап Максимыч.
- - Ладно, а замечал ты когда, что в дресве-то ровно золотые искорки светятся? продолжал спрашивать Колышкин.
- Как не замечать!.. "Мышиным золотом" те блестки зовут. - Ну вот, это мышиное золото и есть колчедан.- сказал Колышкин.- Ветлужское золото тоже "мышиное"... Понял?..
- Чудно что-то заговорил ты, Сергей Андреич,- молвил Патап Максимыч.Мышиное золото искорками живет, блестками такими, а это, гляди-ка, что...прибавил он, указывая на пузырек.