- Знаю я их лучше вас,- строго промолвила Манефа.- Чуть не догляди, тотчас бесовские игрища заведут... Плясание пойдет, нечестивое скакание, в долони плескание и всякие богомерзкие коби (Волхвование, погань, скверность.). Нечего рыло-то кривить,- крикнула она на Марью головщицу, заметив, что та переглянулась с Фленушкой.- Телегу нову работную купили?- обратилась Манефа к казначее.
- Евстихей Захарыч из Ключова в поминок прислал,- ответила Таифа.Справная телега, колеса дубовые, шины железные в палец толщиной. - Спаси его Христос,- сказала Манефа.- Молились за благодетеля?
- Как же, матушка, на год в синодик записан,- вступилась уставщица.
-А сиву кобылу продать,- решила Манефа.- Вечор Трофим проехал на ней, поглядела я, плоха - чуть ноги волочит. - Старая лошадушка, еще при матушке Екатерине вкладом дана - много годов-то ей будет,- заметила мать Таифа.
- За что ни стало продать. Вел бы Трофим в четверг на базар,- сказала Манефа.- Кур много ли несется? - спросила она подошедшую Виринею.
- Сорок молодочек, матушка, сорок...- ответила Виринея.- Две заклохтали, хочу на яйца сажать.
- Яиц много?
- Сот семь от праздника осталось, каждый день по сороку прибывает,сказала Виринея.
- До петровок станет?
- Хватит, матушка, хватит. Как до петровок не хватить? - отвечала Виринея.