- Тебе смехи да издевки; а знала бы, что на душе у меня!.. Как бы ведала, отчего боюсь я Патапа Максимыча, отчего денно и нощно страшусь гнева его, не сказала б обиды такой... Погибели боюсь...- зачал было Алексей.
- Знаю,- перебила Настя.- Все знаю, что у парня на уме: и хочется, и колется, и болит, и матушка не велит... Так, что ли? Нечего глазами-то хлопать,- правду сказала.
- Тешь свой обычай, смейся, Настасья Патаповна, а я говорю дело,переминаясь на месте, сказал Алексей.- Без родительского благословенья мне тебя взять не приходится... А как я сунусь к нему свататься?.. Ведь от него погибель... Пришел бы я к нему не голышом, а брякнул бы золотой казной, другие б речи тогда от него услыхал... - А где тебе добыть золотой казны? На большую дорогу, что ли, с кистенем пойдешь аль нечистому душу заложишь? - желчно усмехнулась Настя. - Оборони господи об этом и помыслить. Обидно даже от тебя такую речь слышать мне! - отвечал Алексей.- Не каторжный я, не беглый варнак. В бога тоже верую, имею родителей - захочу ль их старость срамить? Вот тебе Николай святитель, ничего такого у меня на уме не бывало... А скажу словечко по тайности, только, смотри, не в пронос: в одно ухо впусти, в друго выпусти. Хочешь слушать тайную речь мою?.. Не промолвишься ?
- Не из таковских, чтобы зря болтать,- небрежноответила Настя. - Наслышан я, Настенька, что недалеко от наших местов золото есть,- начал Алексей.
- Ну!..
- Выкопать можно его...
- Ну!..
- Столько можно нарыть, что первым богачом будешь,- продолжал Алексей.
- Клад, что ли? - спросила Настя.
- Не клад, а песок золотой в земле рассыпан лежит,- шептал Алексей.- Мне показывали... Стуколов этот показывал, что с Патапом Максимычем поехал... За тем они на Ветлугу и поехали... Не проговорись только, Христа ради, не погуби... Вот и думаю я - не пойти лимне на Ветлугу... Накопавши золота, пришел бы я к Патапу Максимычу свататься...