- Уж ты наскажешь! только послушать!- сказал Михайло Васильич.- Как же возможно с овцами да со свиньями жить?..
- Не во гнев твоей милости будь: того и в посмешных песнях не поют и в сказках не сказывают.
- В сказках не сказывают и в песнях не поют,- молвил Василий Борисыч,- а на деле оно так. Посмотрели б вы на крестьянина в хлебных безлесных губерниях... Он домосед, знает только курные свои избенки. И если б его на ковре-самолете сюда, в ваши леса перенесть да поставить не у вас, Патап Максимыч, в дому, а у любого рядового крестьянина, он бы подумал, что к царю во дворец попал.
- Ну уж и к царю! - самодовольно улыбнувшись, молвил Патап Максимыч.
- Истинную правду вам сказываю,- решительно ответил Василий Борисыч.Посмотрели б вы на тамошний народ, посравнили б его со здешним, сами бы то же сказали... Здесь любо-дорого посмотреть на крестьянина, у самого последнего бедняка изба большая, крепкая, просторная, на боку не лежит, ветром ее не продувает, зимой она не промерзает, крыта дранью, топится по-белому, дров пали сколько хочешь - у каждого хозяина чисто, опрятно, и все прибрано по-хорошему... А там избенка малая, низкая, курная, углы морозом пробиты, несет из них, а печку навозом либо соломой топят... Пол-от в избе земляной, стены да потолок что твой уголь.
Вместе с людьми и овцы с ягнятами, и свиньи с поросятами, и всякая домашняя птица... Корову в избе же доят и корму ей там задают...
- Быть того не может! - вскликнул удельный голова.- В жизнь свою не поверю, чтоб корова в избе жила и всякая скотина и птица.
- Побывайте в степях, посмотрите,- молвил Василий Борисыч.- Да... Вот что я вам, Михайло Васильич, скажу,- продолжал он, возвыся голос,- когда Христос сошел на землю и принял на себя зрак рабий, восхотел он, владыка, бедность и нищету освятить. Того ради избрал для своего рождества самое бедное место, какое было тогда на земле. И родился царь небесный в тесном, грязном вертепе среди скотов бессловесных... Поди теперь в наши степи - что ни дом, то вертеп Вифлеемский.
- Отчего ж это так? - в недоуменье спросил Михайло Васильич.
- Оттого, что земля там родима, оттого, что хлеба там вдоволь,- с улыбкой ответил московский посол.