- Не ври, Васютка, не ври! Меня, друг любезный, на бобах не проведешь. Кой-что сами знаем, а больше того смекаем... Не об Москве задумался, не там твои мысли летают, не московской остуды, другого боишься... Все по глазам твоим вижу, все,- с лукавой улыбкой говорил ему Семен Петрович.
- Лазил, что ли, ко мне в ум-от? - нехотя улыбаясь, спросил у него Василий Борисыч.
- Лазить не лазил, а знаю, что у тебя на уме,- молвил саратовец.
- Экой прозорливец какой выискался! - пошутил Василий Борисыч.
- Да ты не смейся. В самом деле я прозорливец,- молвил Семен Петрович.Хочешь скажу, что будет с тобой?
- Ишь пророк какой! - отшучивался Василий Борисыч.
- Пророк не пророк, а отгадчик,- молвил саратовец.- Хочешь аль нет? Сейчас могу сказать, что по скорости будет с тобой.
- Что ж такое будет со мной?
- Быть тебе, Васенька, битому, быть тебе, голубчик, колоченному,- с усмешкой сказал Семен Петрович.- О том, как бить тебя станут, ты теперь и задумался... Правду аль нет говорю?.. Ну-ка, скажи, только смотри, уговор пуще денег, не вертись, не отлынивай, сказывай всю правду... Что у тебя на мыслях лежит?.. Побоев боишься?.. Трусишь?.. Так ли?..
Смутился Василий Борисыч, молвил про себя: "Ох, искушение!" Но не успел еще слова сказать, как саратовец молвил: